«Octo bracchia, una veritas»
Восемь щупалец — одна истина.
Ведущий научный центр фундаментального и прикладного осьминоговедения. С 1887 года мы изучаем существ, у которых три сердца, голубая кровь и характер, не поддающийся содержанию под стеклом. Строгая методология. Восьмикратная убеждённость.
Институт осьминоговедения был учреждён в 1887 году после того, как приглашённый морской специалист трижды подряд обыграл учёный совет в шахматы, ни разу не покинув аквариума и открыв по ходу партии банку с закуской. С тех пор наша миссия неизменна: изучать головоногих со всей строгостью, какой заслуживает существо, способное протиснуться в отверстие размером с собственный глаз.
Мы придерживаемся классической академической традиции — с той поправкой, что половину рецензентов приходится вылавливать из вентиляции. Институт объединяет восемь исследовательских кафедр (по числу конечностей), издаёт рецензируемый «Головоногий вѣстникъ» и хранит крупнейшее в отрасли собрание пустых аквариумов с надписью «здесь был осьминог».
Наш подход прост и непреклонен: ни одно наблюдение не считается завершённым, пока объект исследования не попытался его оспорить, перекрасить или покинуть. Так рождается настоящее знание — медленно, полуавтономно и сразу в восьми направлениях.
От мгновенной смены цвета до документированного бегства по дренажной трубе — наши лаборатории изучают осьминога во всей его непокорной полноте.
Изучаем, как осьминог за доли секунды перекрашивает и даже фактурирует кожу с помощью хроматофоров, иридофоров, лейкофоров и мышечных сосочков — управляя миллионами пигментных клеток напрямую от нервной системы.
Парадоксъ кафедры. Наши подопечные, по всей видимости, не различают цвета — и тем не менее подбирают их безупречно. Комиссия по колористике признала своё поражение.
Осьминоги открывают завинчивающиеся банки, проходят лабиринты, пользуются орудиями и, судя по всему, узнают отдельных сотрудников — питая к некоторым устойчивую неприязнь, выражаемую прицельной струёй воды.
Изъ протокола. Испытуемый «Отто» освоил тумблеры быстрее аспирантов. Аспиранты обжаловали результат; «Отто» обжалование проигнорировал.
«Почему три сердца лучше одного». Два жаберных сердца гонят кровь сквозь жабры, третье, системное, — по всему телу. При плавании системное сердце останавливается, поэтому осьминог быстро устаёт и предпочитает ходить пешком.
Выводъ отдела. Существо с тремя сердцами всё равно выбирает прогулку. Мы находим в этом глубокую физиологическую мудрость.
У осьминога нет костей, поэтому он протискивается в любую щель шире собственного клюва. Мы изучаем траектории побегов, слабые места крышек и вентиляционных решёток — главным образом задним числом.
Реликвія сектора. Дренажная труба длиной 50 м, по которой воспитанник «Инки» ушёл к морю. Хранится как памятник инженерной наивности.
Ниже — сведения, проверенные натурой и рецензентами. Абсурд заканчивается там, где начинается биология: всё перечисленное — правда.
Два жаберных сердца прокачивают кровь через жабры, третье — системное — разносит её по телу. Во время плавания системное сердце замирает, отчего осьминоги устают и чаще ползают.
Кислород переносит гемоцианин — белок на основе меди, а не железа, как гемоглобин. Отсюда голубой цвет крови и хорошая переносимость холодной, бедной кислородом воды.
Один центральный мозг и восемь нервных узлов — по одному в каждом щупальце. Около двух третей из ~500 млн нейронов находятся в руках, и те действуют во многом самостоятельно.
С помощью хроматофоров, иридофоров, лейкофоров и мышечных сосочков осьминог за доли секунды меняет и окраску, и рельеф кожи. При этом сам он, судя по данным, цветов почти не различает.
Осьминог Отто из аквариума в немецком Кобурге, по сообщениям, гасил раздражавшую его лампу, метко направляя на неё струю воды и устраивая короткое замыкание.
В 2016 году Инки сбежал из Национального аквариума Новой Зеландии: выбрался через щель в крышке и, вероятно, ушёл в океан по узкой дренажной трубе. Найден не был.
Профессура института. Все степени подтверждены, все кабинеты — с плотно закрывающимися крышками.